Уральская роспись
- Содержание цикла:
- Тагильский поднос / Туринская игрушка / Сысертский фарфор / Таволожская керамика
Продолжаем цикл публикаций об уральской росписи. Пожалуй, самая богатая коллекция урало-сибирской росписи по дереву в нашей области находится в Музее-заповеднике деревянного зодчества и народной культуры в Нижней Синячихе. Там и белая горница, и деревянные панно, и расписные предметы быта. Но, как говорят эксперты, Синячиха сегодня славится только музейными экспонатами, а вот действующих мастеров там нет. Остались они лишь в Туринске, который, кстати, искусствоведы называют одним из главных центров росписи на Урале.
У Галины Тумановой было много учеников, но поскольку промысел сегодня почти не приносит прибыли, художники не продолжают заниматься росписью. Фото: Алексей Кунилов
О росписи узнали от… декабристов
Живописный промысел в Туринске сложился в первой половине XVIII века. Туринские живописцы и иконописцы (многие из которых были староверами) стали известны по всей Западной Сибири. А кроме оформления церквей, писания икон и портретов, они занимались росписью домов, утвари, шкатулок и подносов… Причём эксперты утверждают, что, помимо росписи по дереву, в Туринске раньше была и роспись по металлу.
– Самым первым заводом по лаковой росписи по металлу на Урале был завод Алексея Турчанинова, что находился под Соликамском, – рассказывает Александр Максяшин, ведущий эксперт Свердловского областного художественно-экспертного совета при правительстве Свердловской области. – Он канул в Лету в конце XVIII столетия. В Талице была Меднопосудная фабрика, где мастера чеканили и расписывали посуду. Правопреемником этих предприятий и является Нижний Тагил. А третьим центром росписи на Урале был Туринск – тогда он относился к Тобольской губернии. Там не было ни железоделательного производства, ни медного. Но роспись по металлу была. Об этом мы узнали из писем декабристов, которые находились в Туринске в ссылке в первой половине XIX века. Один из них написал родственникам, что решил заказать расписную шкатулку у местного мастера, а тот ему отказал, поскольку был очень занят заказом для одного господина из Санкт-Петербурга. Росписью по металлу в Туринске занимались семьи иконописцев Козловых и Силиных. Металл покупали или на ярмарке в Ирбите, или напрямую в Тагиле. Это были единичные вещи, которые находились только в частных коллекциях…
Что же касается росписи по дереву, то она в Туринском районе была очень развита. Расписывали в основном дома – стены, простенки между окнами…
Игрушки экспортировали в 16 государств
Чтобы поговорить с действующими мастерами и увидеть работы своими глазами, мы отправились в Туринск. Там встретились с Галиной Тумановой, которая сегодня является практически единственным носителем урало-сибирской росписи по дереву в нашей области. Она же на протяжении 20 лет была главным художником Туринской фабрики детской игрушки.
– Я пришла на фабрику в 1966 году, – вспоминает Галина Ивановна. – На тот момент уже более 10 лет образцы росписи собирал Василий Барадулин (о нём мы упоминали в предыдущих публикациях) – исследователь урало-сибирской росписи по дереву и бересте. В то же время он познакомился с Иваном Даниловичем Самойловым (создателем музея в Нижней Синячихе). Так вот, на нас они вышли, когда технику уральской росписи им уже удалось восстановить. А первый семинар по урало-сибирской росписи сотрудники Научно-исследовательского института художественной промышленности провели у нас в 1969-м.
После двух лет отрабатывания техники Галину Туманову отправили учиться в Абрамцевское художественно-промышленное училище (Московская область). Окончив его, она вернулась на родину и в 1975 году стала главным художником фабрики.
Первая точёная игрушка на Туринской фабрике появилась в 1953 году, до этого там было развито в основном мебельное производство. А в 1966 году начался выпуск сувениров и изделий с урало-сибирской росписью. Роспись была графическая – простые мазки, сравнительно небольшой набор красок…
Со временем роспись становилась всё богаче и сложнее. Художники работали в две смены – их было больше 70 человек. За время работы фабрики появилось более 350 видов игрушки и сувенирной продукции…
– К 1986 году у нашей фабрики был шикарный потенциал, – делится Александр Меновщиков, создатель студии авторских работ «Туринский сувенир». – Только представьте, экспортировали игрушки в 16 государств, из которых социалистическими были лишь Югославия и ГДР, остальные – это Норвегия, Франция, Англия, Канада, Испания и другие.
– К нам на фабрику пришёл заказ от итальянского миллионера, – подхватывает Галина Ивановна. – Он просил сделать по два вида разных игрушек. Сейчас говорят, что это легенда, а мне смешно – ведь я сама их расписывала. Делали мы и сувениры к Олимпиаде-80, а за игрушку-танк в 1982 году я получила бронзовую медаль ВДНХ…
Солдатик вместо матрёшки
Последний человек с Туринской фабрики был уволен в 2000 году. И промысел мог бы угаснуть. Но недаром говорят, что глубинка живёт энтузиастами. Неравнодушный предприниматель Александр Меновщиков, который в то время занимался туризмом, понял, что если не начать восстанавливать производство, технологии могут быть утрачены…
– Всё началось с туризма, – рассказывает Александр.
– Гости из разных городов приезжали и просили показать им знаменитую Туринскую фабрику детской игрушки и наши сувениры. А показывать было нечего… Тогда мы начали долгий путь по восстановлению промысла. Сначала просто ездили по району, искали художников, кто работал на фабрике и ещё может расписывать. Проводили выставки, мастер-классы, ездили на фестивали, воодушевлялись. Но оказалось, не всё так просто. Чтобы работать, мастерам нужно помещение, оборудование, а продукцию необходимо сбывать…
Удивительно, но богатырь из серии «Баталии» появился благодаря... «Областной газете». Дело в том, что в материале Откуда на хохломе караси? журналист назвал одну из игрушек «солдатик-матрёшка». Мастера сначала недоумевали – «Ну это же просто солдатик! При чём тут матрёшка? Как можно было так написать?», а потом задумались – почему бы и нет? Хорошая же идея, оригинальная...
С тех пор прошло три года, и пока художники и токари продолжают работать у себя на дому. Александр же мечтает создать студию, где можно было бы и работать, и мастер-классы для желающих проводить. И пример такой студии есть в Нижних Таволгах – там семья Масликовых успешно занимается гончарным делом.
А пока в Туринске художники работают над новыми сувенирными формами.
– Нам важно занять свою нишу, – продолжает Александр Меновщиков. – По заказу мы сделали деревянного солдатика – и ведь прижилось, их у нас покупают иностранцы и продают у себя за три евро. Раньше наша фабрика выпускала матрёшку. Но сейчас её производством занимаются 42 фабрики в Китае – они охватили 90 процентов рынка России и ЕС. При таком раскладе нам на рынке делать нечего. Но мы ищем свои формы.
Сейчас работаем над проектом «Сундучок «Уральские сказы» – это набор развивающих игр и игрушек для детских садов. Также мы сделали настольный театр «Уральские сказы», набор игрушек по образам горожан «Город Семицветов» и многое другое.
Все мастера отмечают: сегодня необходимо, чтобы заработали законы, связанные с народными промыслами. Закон о поддержке народно-художественных промыслов Свердловской области был принят 15 июня 2013 года. Но должно пройти время, чтобы он заработал в полную силу – особенно в вопросах, касающихся рынка сбыта и снижения налогов. Это, по мнению ремесленников, главные проблемы, которые тормозят развитие отрасли.
Тонкости росписи
Фото: Алексей Кунилов
Поначалу на фабрике делали самую простую роспись – цветы, ягодки, листочки. Позже художники начали работать над её обогащением. Галина Туманова вспоминает, как работала над птичкой (довольно популярный рисунок для урало-сибирской росписи), чтобы она была не плоской и одноцветной, а объёмной – живой…
– Для росписи по дереву требуется плоская кисточка, у меня она из искусственного японского волоса. Когда мы начинали, Барадулин привозил нам очень дорогие кисточки из колонка (вид хищных млекопитающих из рода ласок и хорей)… Но на самом деле не так важно, какая кисточка, главное – как ты её настроишь. Воду нужно брать чуть-чуть кончиком, она сразу растекается по кисточке. Наберёшь много – ничего не получится, мало – не хватит размаха. Краска используется масляная, её нужно развести так, чтобы была не густая и не жидкая… А чтобы получился красивый двухцветный ровненький, практически идеальный мазок, нужно сделать плавный переход – с края тёмный, потом бледнее и переходящий в белый. Каждый мазок нужно набирать снова и снова.
Для приписок используются уже беличьи кисти. Приписки завершают образ, придают рисунку объём.
Что касается изготовления игрушки, то это сложный процесс. На фабрике была бригада, которая заготавливала древесину. Потом токари вытачивали фигурки (на фабрике работало более 40 токарей). Затем шлифовка, механическая покраска, окунание и галтовка. Знаете, что такое галтовка? Это когда в барабан кладутся довольно мелкие детали, заливается краска, и барабан крутится – пока не прокрасятся. После того как игрушка будет готова, её обсуждают на совете фабрики, потом на худсовете в Екатеринбурге. Далее проверка СЭС – там игрушки кидают, обмакивают, проверяют на вредность. Чтобы пройти все стадии утверждения, мне нужно было сделать 10 экземпляров каждой игрушки. Представляете, если это были десятиместные матрёшки – 100 штук расписывать приходилось… И только потом изделия попадали к детям.