XX век стал для нашей страны в большей мере разрушительным, чем созидательным

2 августа 2017, 03:00

Дмитрий Стровский, профессор, научный сотрудник Ариэльского университета (Израиль):

— Эту революцию, как очень сложное явление XX века, невозможно оценить лишь в чёрно-белых тонах. Не вызывает сомнений, что она во многом стала продолжением исторической эволюции России. После 1917 года страна повторила в своём развитии уже привычные черты: стремление к безусловному авторитаризму, принижение значимости личности в угоду общественным интересам. Именно в советские годы получила развитие такая система взаимоотношений общества и власти, при которой отдельно взятый человек практически не представлял ценности. Его могли награждать, выдвигать на новые должности, но только до тех пор, пока его восприятие жизни соответствовало курсу партии на построение «светлого будущего». Любое неприятие существовавшей системы ценностей каралось самым серьёзным образом.

Вспоминая советскую власть, многие отмечают уважительное отношение к труду в то время. Да разве это так? Неужели людям сполна платили за их труд? Вся крупная промышленность 1920–30-х годов была создана трудом подневольного человека. А шарашки, где прошли школу жизни Туполев, Королёв, Ландау и многие другие советские учёные — это что ли уважение к талантам? За свой труд отличившиеся получали грамоты, ценные подарки, бесплатные путёвки в санатории. Но всё это было подачками со стороны власти, которая прикрывалась ими вместо того, чтобы по достоинству оплачивать труд людей.

Говорят ещё, что у нас медицина была бесплатной. Помню я эту медицину. Едва ли не все хорошие лекарства людям приходилось доставать по блату. А условия пребывания в большинстве больниц были такие, что вспоминать страшно.

Мне странно сегодня слышать и о якобы образцовом уровне образования в СССР. Это было разве что в технических вузах, поскольку сама система подготовки строилась с учётом достижения военных целей. А вот в сфере гуманитарного образования всё обстояло грустно. Партия брала на себя роль главного арбитра в решении тех вопросов, которые требовали общественного обсуждения. Вместе с тем сам кругозор партийных руководителей в большинстве своём был ограниченным. Помню, когда в 1990-е годы оказался студентом одного из британских университетов, то обнаружил, что просто никогда не слышал имён тех зарубежных философов, писателей, художников, которые давным-давно стали известными по всему миру. Мы, советские студенты, их просто не проходили в университете — за идеологической ненадобностью.

Я убеждён, что XX век стал для нашей страны в большей мере разрушительным, чем созидательным. Мы добились огромных успехов в различных сферах, но все они рассматривались с точки зрения величия страны, но не благополучия её граждан.