Книга-судьба: «Достоевский — детям»

5 августа 2015, 12:30

— Мне с детства нравился Достоевский — дома у нас была книжка «Достоевский — детям», благодаря которой и произошло моё знакомство с классиком. Самым важным было, наверное, чувство сопереживания по отношению к его персонажам и способность ассоциировать себя с героями. «Бедные люди», «Униженные и оскорблённые»… Эти вещи действительно вызывали у меня эмоциональный отклик. Очень хорошо помню впечатления, которые оставила в детстве повесть «Неточка Незванова».

Сейчас мне довольно сложно проанализировать эффект каких-то отдельных вещей, но, несомненно, Достоевский сильно повлиял на формирование моих взглядов и моральных принципов. Но самое главное — я чувствовала некое духовное родство, близость идей, нашедших отражение в его книгах, своим собственным представлениям.

Читая в юности «Преступление и наказание», я была поражена глубиной проблематики, вопросами, которые поднимались в этом произведении. Тогда мне словно открылась совершенно новая грань в его творчестве. Уже позднее были «Идиот», «Братья Карамазовы», «Бесы»…

В профессиональном смысле героини Достоевского, с их двойственностью, невероятно интересны, но, к сожалению, играть их мне не доводилось. Мне всегда хотелось воплотить на сцене образ Настасьи Филипповны с её сочетанием непорочности и греховности или сыграть в постановке по «Преступлению и наказанию». Кстати говоря, такая возможность почти представилась, когда Владимир Мирзоев после успеха «Доходного места» задумал вернуться в Екатеринбург с новым спектаклем, но сейчас судьба этого проекта под вопросом.

Чтение Достоевского требует немалых душевных усилий, но желание перечитать что-то из уже прочитанного у меня возникает постоянно. И всё же всегда присутствует опасение, что в этом возвращении не будет столь же ярких и сильных переживаний и первое очарование будет утрачено.

И каждый раз, читая его произведения, невольно думаешь о том, как можно было бы реализовать персонаж на сцене. Возможно, это меланхоличность, свойственная моему характеру, но Достоевский для меня — это прежде всего поэзия чувств. И мне кажется, что именно его произведения помогли мне развить ключевую в актёрской профессии способность — сопереживать персонажам — и, конечно, направили на этот путь.