Человек в поисках счастья

Большой и подробный портрет Алексея БАЛАБАНОВА сняла Любовь АРКУС. Работа над этим фильмом началась за два года до смерти режиссера как хроника производства кино «Я тоже хочу», которой выпало стать последней. «Облгазета» рассказывает о новом фильме.

«Балабанов. Колокольня. Реквием» необычное документальное кино. Точнее, нетипичное. Начинается оно с морозного Петербурга, который еще недавно был Ленинградом. По его улицам бодрой походкой идет Данила Багров. Именно в нем страна увидела героя нового времени, говорит голос за кадром. Именно он считал, что сила в правде, но спустя 20 лет эта фраза повернулась в совсем другую сторону, и для многих уже правда заключается в силе.

Но сила и насилие не тождественны. Алексей Балабанов, может, сказал бы это сейчас сам, но режиссера нет уже почти десять лет – он скончался 18 мая 2013 года. Любовь Аркус – друг Балабанова и его семьи, режиссер, киновед, основатель и до недавнего времени главный редактор журнала «Сеанс» – в какой-то степени берет на себя роль адвоката. Именно ее кинокритическое эссе о творчестве Алексея Балабанова открывает фильм. Она показывает, что нажимая на курок пистолета, Данила Багров не становился святым, хоть и боролся со злом. «Вот и ты пропал», – фраза, которую говорит Немец Даниле под конец «Брата». Такая важная, но незамеченная. А в последнее время и вовсе потерянная среди других «крылатых» цитат из этого фильма.

Вместе с Данилой Багровым пропадала и страна, в которой ему выпало жить. Алексей Балабанов всматривался в пустоту, которая образовалась после распада СССР (может, и еще раньше, в «Грузе 200» показан 1984 год), и где, казалось, должно родиться что-то новое, но вместо этого громыхал желтый трамвай. Одинокий, ненужный, пустой.

Герои Балабанова разные, но все они гонимы из того места, куда пришли. Они не понимают, что делать в мире, куда их забросили. И вот как отвечать на вопрос, который, кажется, до последнего фильма – «Я тоже хочу» – вообще в картинах не звучал. Счастливы ли они? Счастлив ли в итоге Данила Багров, надевающий наушники в самолете из США в Россию? А кто счастлив в «Грузе 200»? В «Кочегаре»? В «Морфии»? А отсюда тянется и вопрос к режиссеру – а он сам счастливый человек?

Во второй части фильма Алексей Балабанов предстает в своей повседневной жизни. Впервые зритель видит эти кадры. Как он делает кино и узнает, что болен. Любовь Аркус снимает Алёшу (он в картине представлен только так) с максимально близкого расстояния. С самого личного. В это пространство обычно не пускают практически никого. Но вот режиссер пустил, допустил камеру, монотонно зафиксировавшую последние годы жизни.

Как удар хлопушки воспринимается сцена, снятая в питерской больнице, где Надежде Васильевой – жене Алексея Балабанова – врач говорит страшные вещи про срок, который отведен Алексею Октябриновичу. А потом Балабанов мобилизует какие-то внутренние силы, пишет сценарий и снимает свое последнее кино – «Я тоже хочу» про мифическую колокольню, которая может забрать человека в счастье, а может и нет. Кто и как это решает – загадка.

На съемках этого фильма предстоит побывать и зрителю. В Вологодской области на колокольне Запогостской церкви, холодной зимой вместе со съемочной группой. Про творческий метод Балабанова ходит множество историй. Но видно, что режиссер, действительно, всегда четко знал, чего он хочет, не позволял никому импровизировать. Не растягивал процесс. В остальном Балабанов выглядит человеком уставшим, нездоровым и абсолютно грустным. Камера следует за ним и в тот момент, когда ему нужно играть собственную сцену в фильме «Я тоже хочу» – умереть в кадре. Он делает это весьма обыденно – падает в снег и лежит какое-то время без движения. Есть человек – и вот его не стало. По сценарию Колокольня не взяла его в счастье.

«А что вас радует в жизни?» – спрашивают Балабанова на одной из немногочисленных встреч после премьеры фильма «Я тоже хочу». «Ничего», – отрезает он. Это, кажется, совершенно правдивые слова, хоть и сказанные совершенно абсолютнолюдям. Почти за два часа хроники, представленной в картине Любови Аркус, Балабанов улыбается от силы раза два. Мир его последних двух лет выглядит не самым радужным, хотя он окружен семьей и друзьями. Куда он уплывал своими мыслями? Чего хотел и чего ждал? Балабанов по обыкновению немногословен. «Мне сказали, что я полтора года назад умру. Но пока еще чего-то там не оторвалось», – говорит режиссер на встрече со зрителями.

Перед своей смертью Алексей Балабанов написал еще один сценарий – «Мой брат умер». Даже подбирал какую-то натуру в Костроме. Но начать съемки не успел, что-то видимо все-таки «оторвалось». Тяжелая часть картины, названная «Горе», показывает жизнь его семьи после ухода режиссера. Сцены с похорон, пустой дом в Санкт-Петербурге и концерт группы «АукцЫон», где Надежда Васильева не скрывает своих слез от песен, когда-то прозвучавших в фильме «Я тоже хочу».

«Балабанов. Колокольня. Реквием» не напичкан воспоминаниями коллег (за исключением продюсера Сергея Сельянова – давнего и близкого друга), нет «говорящих голов». Есть портрет человека, который делал свое дело, снимал кино о своей стране и тоже хотел счастья. И честно искал его, как и все. Как музыканты и бандиты, которые шли в картине «Я тоже хочу» к Колокольне, но кто-то остался внизу без ответа. А ответа уже и не будет. Мистика, окутывавшая жизнь Алексея Балабанова, вмешалась и после его ухода. Спустя ровно сорок дней после смерти колокольня Запогостской церкви обрушилась. Конец. А ответы на другие вопросы нам, зрителям, остается искать в фильмах Балабанова. Они там есть. Главное искать их в нужных местах.

• Опубликовано в №229 от 13.12.2022