В историю фигурного катания вписаны не только имена фигуристов, но и образы, которые они создают на льду. «Девочка в красном пальто» Юля Липницкая стала символом Игр в Сочи, в Пхёнчхане «красная балерина» Алина Загитова в острой борьбе победила «Анну Каренину» — Евгению Медведеву. «Областная газета» поговорила с человеком, который смог воплотить эти образы — дизайнером костюмов для элиты фигурного катания Ольгой РЯБЕНКО.
— Начался чемпионат мира. Наша «красная балерина» Алина Загитова вышла на лёд в костюме, созданном вами… Что вы чувствуете, когда видите фигуристов на льду, а тем более — на пьедестале?
— Волнуюсь за них сильно! Мало того, что я волнуюсь, так я заразила этим всех вокруг — вся моя семья смотрит фигурное катание, друзья. А потом обязательно все звонят, пишут…
— Что самое главное в костюме для фигуриста?
— Костюм, в первую очередь, должен быть в тему. Важно показать идею и сделать так, чтобы она читалась зрителями. Однажды в соцсетях прочитала комментарий о себе: «Не верится, что один дизайнер может создать такие разные и по стилю, и по исполнению вещи». А просто не может получиться одинаково на абсолютно разные темы: красное пальто Липницкой никак не может быть похожим на платье Карениной для Жени Медведевой. Их нельзя сравнить — это очень разные темы.
— Во многих костюмах вы вообще не используете застёжек: например, в платье у нашей блистательной юниорки Саши Трусовой нет ни одной.
— Да, действительно. Первое время я постоянно ставила молнии. Но потом качество молний перестало устраивать, они начали ломаться — и я начала думать, что можно использовать ещё. Перешла на крючки. Первые крючки расстёгивались, долго искала варианты, которые были бы очень надёжными — далеко не каждый подойдёт. И думала, как их пришивать, чтобы не мешали, не расстёгивались… Сейчас я ушла дальше — и, как вы правильно подметили, стараюсь вообще не делать застёжек. В моих платьях есть тесёмки, перемычки на спине… Выглядит, как декоративные элементы, но зато позволяет надевать платье как купальник. Все декоративные элементы в костюме — не просто так. Иногда отделкой прячется то, что не положено видеть, или там есть ещё какая-то хитрость. Костюм без застёжек даёт большую свободу движения, фигурист не задумывается о том, расстегнётся ли крючок… Все видели на Олимпиаде прокат француженки Габриэлы Пападакис, когда у неё расстегнулось платье и обнажилась грудь.
Так что главное — костюм должен быть удобным. И это, конечно, очень ограничивает в выборе тканей и отделок. Тоже читала — почему бы для платья Евгении Медведевой не выбрать дорогое кружево. Да потому что оно не тянется, в таком кружеве она руку не поднимет!
Когда смотрят на эту красоту, все забывают, что это — прежде всего спортивный костюм. Это не платье на вечер.
— Не хотелось делать не спортивные костюмы, а именно платья на вечер? Там ведь гораздо больше свободы.
— А я их делаю, более того — я с них начинала. Как раз фигурное катание пришло потом. И привлекло сразу — это очень своеобразное творчество, не очень простое, но очень интересное. Это затягивает. Ну и лёд не отпускает — это касается не только фигуристов!
— А сами на коньках не стоите?
— Боже упаси! Я попробовала в этом году на катке на массовом, отправила видео Этери Георгиевне Тутберидзе. Она посмотрела, очень смеялась. Мол, ещё раз это сделаешь — останешься без ног, а этого допустить нельзя! Ты нам нужна для другого! А мама Жени Медведевой сказала, что вообще кататься на массовом катке нельзя, там такой травматизм, вдруг кто снесёт, так опасно! Беги оттуда скорее.
— Одна из ваших первых работ — знаменитое красное пальто для олимпийской произвольной программы «Список Шиндлера» Юлии Липницкой… Как Юля пришла к вам? И как родился этот образ?
— Юля начинала шить вообще в другом месте, но там у них не пошло что-то. И они с мамой пришли ко мне за две недели до первого проката. Они сразу хотели красное пальто, а не платье — это идея Юли, её мамы и тренера. Только вот каким должно быть это пальто, никто не представлял. Ни о каких эскизах, конечно, речи не шло, времени не было. Сразу шила…
Помню, как я первый раз привезла его на лёд. Оно даже было не покрашено, никакого декора ещё не было. Но Этери Георгиевна посмотрела и сказала: «Да, это оно». И так Юля стала девочкой в красном пальто…
Кстати, возвращаясь к нашему разговору о застёжках. Вы никогда не найдёте, где застёжка у этого костюма.
— Но вы же секретом поделитесь?
— Поделюсь! Тончайшая молния вшита в шов рукава и зафиксирована под воротником, а воротник тоже зафиксирован застёжками. Даже если очень захотеть, случайно не расстегнуть. Но самое главное — молнии не видно.
— Для короткой программы тоже вы шили платье?
— Да, и с костюмом для программы «Не отрекаются любя» тоже связана интересная история. Совсем не было времени, и Юлина мама Даниела Леонидовна сказала: «Хочу голубое нежное платье». Так его и сшили, как хотелось. Когда привезла его на лёд, всем нравилось. Но прошло несколько стартов, Этери Георгиевна сказала: «Мне нравится платье, но… чего-то не так с ним». А я говорю: «Я его вообще не таким видела». И тогда она посмотрела на меня и говорит: «А сделай так, как хочешь». Даже ткань для него никто не видел, всё сделала так, как представляла себе. Юля его забирала в день этапа Гран-при в Москве, то есть даже не мерила заранее. Увидели готовое, только и сказали: «Ух ты…»
— Когда делали эти костюмы, чувствовали, что Юля станет чемпионкой, а эти образы войдут в историю?
— Никто вокруг не чувствовал, наверное, что всё будет именно так. Но Юля с командой очень упорно и целенаправленно к этим Играм шла. Потом много писали, что это был «стремительный успех» — нет, она чётко знала, как ей надо выступать, чтобы пробиться в Сочи. Понимала, что у неё не может быть никаких выходных. Я видела, как она работает и с какой осознанностью относится к делу. Но когда я шила платье, конечно, никто наверняка не знал, будет ли она на Олимпиаде. Никто не знал, что она окажется в нём на пьедестале, а потом — на обложках всех мировых СМИ — не каждый модный дизайнер может похвастаться, что его платье было везде-везде (смеётся), а я — могу. Никто не знал, что она войдёт в историю спорта именно как «девочка в красном пальто», которое сшила я. Это моя гордость по сей день.
— Признайтесь — плакали, когда видели её на пьедестале?
— Я плачу очень редко, и в тот момент я была очень счастлива за Юлю, она всё это заслужила. Но… Знаете, на этой Олимпиаде, наблюдая за Женей и Алиной, я, конечно, ревела… Там, мне кажется, все плакали, даже те, кто от фигурного катания далёк.
— Алина в прошлом сезоне донашивала красную пачку за Женей Медведевой. Почему ей не сделали своё собственное?
— Здесь было несколько причин. В начале прошлого сезона ещё не были понятны перспективы Алины, насколько она будет стабильна… Она же была юниоркой в прошлом сезоне. Кроме того, Женина пачка очень подходила Алине — и решили, пусть пока покатается в ней.
— Почему же в этом году, перейдя на взрослый уровень, Алина не захотела чего-то индивидуального, нового? Почему она решила в точности повторить прошлогодний костюм? Просто их и так постоянно сравнивают с Женей, а тут ещё и эта пачка.
— Ну, в начале сезона их с Женей никто не сравнивал. Медведева была бесспорным фаворитом, всё внимание было приковано к ней. Алина была вчерашней юниоркой, только-только переходящей во взрослое катание. Непонятно было, как у неё всё сложится, как она выдержит. Начало сезона для фигуриста — это вообще как отдельная жизнь. Они накатывают новые, пока ещё сыроватые, программы, ну и присматриваются к костюмам: удобно, неудобно, смотрится — не смотрится. Это всегда очень сложный период. Этери Георгиевна сказала — костюм подходит идеально, красный цвет очень нравится. Решили ничего не менять. А сейчас красная пачка — это символ именно Алины, мало кто помнит, что когда-то в таком же костюме каталась Медведева. Именно Загитова стала «красной балериной», это стопроцентно её образ. Значит, всё было правильно.
— Вторая Олимпиада подряд — и в вашем костюме фигуристка на пьедестале. Вы просто талисман удачи!
— Это точно, платья притягивают золото! В этом году в группе Тутберидзе в соцсеях написали примерно такой пост: «На чемпионате России наши девочки уже три года подряд становятся первыми». Я читала и улыбалась — а вот мои девочки — становятся первыми на национальном уровне на год больше (смеётся). В 2015 году лучшей в стране была Елена Радионова — и тоже в моём платье. А сколько моих платьев на пьедесталах юниорских чемпионатов России и мира!
— Сложилось впечатление, что с группой Тутберидзе вам особенно нравится работать…
— Раньше я шила лишь для нескольких спортсменов из этой группы, но сейчас шью всем. Потому что им так удобнее, и они уже знают меня, доверяют. Для других тоже, разумеется, шью.
— Про доверие. Женя Медведева рассказывала, что платье для «Анны Карениной» впервые надела прямо перед выходом на лёд!
— А знаете, сколько спортсменов на самом деле именно так и делают? Просто Женя об этом рассказала, но так-то это нормально. Знаменитое розовое платье Лены Радионовой - такая же история была. Шили совсем другое, хотелось что-то в японско-китайском стиле, долго выбирали ткани, долго делали… И в последний момент решили не мудрить и сшить просто платье. Шили за неделю. Две примерки самого купальника, а потом Лена увидела готовое, надела уже только перед стартом. И сложился образ! Конечно, фигуристы доверяют.
Но важно понимать! Такое возможно только в начале сезона, когда идут важные, но не критичные старты — никто так не станет рисковать перед чемпионатами Европы и мира, про Олимпиаду я молчу. Бывает, что после стартов в начале сезона мы вообще меняем платье. Оно всем нравится на фигуристе, но посмотрели вживую, посмотрели по телевизору… Что-то не то — меняем. Чтобы к главному старту фигурист был полностью уверен в себе, своём образе. Это очень важно для внутреннего настроя, для победы.
Пачку Алинкину мы два раза обрезали, делали покороче — после каждого этапа Гран-при (смеётся), пока не нашли идеальную длину.
— Женя за этот сезон три раза платье поменяла!
— Да, это был творческий поиск! Ведь изначально «Анну Каренину» ставили как показательный номер. Никогда этот звонок не забуду: «У нас «Анна Каренина», нужно платье. Мы улетаем послезавтра». Платье шила по старому лекалу, за ночь, из того, что было дома. А в 11 вечера пишут: «Мы подумали… А ещё нам для показательного нужна муфта!» И из чего я буду ночью эту муфту шить? (смеётся). Был дома бархат… Конечно, она должна была быть из меха и не мягкая. Ну ничего, я справилась, а потом и Женя… помучилась с этой муфтой, но тоже справилась.
— Есть фигуристы, с кем работать сложнее всего?
— Никогда не могу ответить на этот вопрос. Бывает, с тем, с кем всегда всё клеится, вдруг никак не рождается нужное платье. Но опять же, вспомнить самое сложное платье не могу — когда уже сделала, они все любимые. Каждое конкретное платье — это новая история.
А вот самое любимое, дорогое сердцу платье — одно из первых. Шила для юной фигуристки Ани Урусовой. Первые платья — особо дорогие, сильнее всего запоминаются.
— Думала, вы назовёте костюмы Юли, Алины, Жени…
— Конечно, я никогда не забуду, чего стоило красное пальто или пачка Алины, сколько трудов было вложено в образ Карениной… Но первые работы занимают особое место в сердце. И потом, я же помню всех фигуристов детьми… Той же Жене я шила одно из первых платьев — был у неё такой чудный совершенно костюмчик — маленькие-маленькие шортики с бретельками и жёлтая майка. Женька была такой худой, вы не представляете! Маленькой, смешной… Она тогда ещё каталась в ЦСКА. Кстати, многие фигуристы у меня в телефоне так и подписаны — по образам и костюмам, причём по детским. Звонит мне Остин Пауэрс — понимаю, что это Андрей Филатов!
Цена вопроса
В среднем костюм для фигуриста стоит от 20 тысяч до 60 тысяч может стоить.
- Смотря какая ткань, какой декор… Это же всё ручная работа, - поясняет Ольга.
— Что сейчас модно в фигурном катании?
— Пачки сейчас — это кошмар! Мне уже плохо от них. Почти каждое сообщение: «Здравствуйте, мы бы хотели сшить у вас костюм. Пачку». После Алины пачки стремительно вошли в моду. Причём все думают, что до Алины в пачках никто не катался. Катались — и очень много! Видимо, чтобы это стало модой, надо было, чтобы пачка оказалась на верхней ступени пьедестала. Из моих любимых пачек — костюм Елены Радионовой на показательных выступлениях. Также в этом году много лебедей.
Вообще, тенденции всегда приходят волнами — то сплошные Кармен, сейчас вот — лебеди. И уже не знаешь, как этих лебедей сделать каждого особенным.
— Сейчас уже начали работать над следующим сезоном?
— Пока нет, фигуристы ещё не определились, какие программы у них будут… Я — второй член команды, который узнаёт, что будет катать спортсмен. Всегда очень интересно: никто ещё ничего не знает, всё держится в секрете, фигуристы гадают, кто что приготовил, болельщики в предвкушении… А ты уже всё знаешь и костюмы шьёшь!
… Уже прощаясь, обсуждая — уже не для интервью — прокаты чемпионата мира и фантастические успехи российских юниорок, Ольга вдруг сказала:
— Я ведь расту вместе с ними. Они были маленькими детьми, потом стали юниорками… Меня никто не знал. Они выросли и завоевали свои награды и сердца болельщиков — а я выросла вместе с ними, сейчас у них совсем другие оценки за технику, у меня новая технология застёжек и новые идеи. Я будто вместе с ними поднимаюсь каждый раз на пьедесталы.
Мы ведём телеграм-канал о фигурном катании, где оперативно появляются все результаты. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые трансляции, тексты, фотографии и результаты. @kiss_and_cry_fk